Freedom to art или разреши себе творить

Freedom to art или разреши себе творить

Сейчас в публичное пространство выкладывается очень много результатов творчества. Нам важно внимание, похвала, признание. Вот только что чаще всего публикуется? Возьмем к примеру рисование. Это мейнстрим, многие учатся, занимаются им сейчас. Делится ли кто-то своими первыми каляками-маляками? Теми, которые из головы, от души, порывом? Смешными, детскими? Кстати, рисует ли их кто-то? Наверное, рисуют. Но прячут и никому не показывают. Это же «неправильно». А вдруг не поймут, не оценят, посмеются… Другое дело нарисованный под копирку по видео-уроку скетч. Ими заполнены инстаграмы. Сотни одинаковых картинок. Их не страшно выкладывать. Ведь ты все сделала по инструкции и у тебя даже получилось. “Вау, молодец!” – обязательно напишут друзья. И это правда красиво, и требует труда, и приносит радость. Ни в коем случае не хочу обесценивать такое творчество. Только одно меня смущает. Есть ли в таких работах хоть капля автора? Его личности, души?

А можно по-другому. Можно творить, рисовать свободно. Так, как идет, порывом. И делиться этим. И в этом огромная смелость, а главное – принятие себя, своего творчества как отражения себя и позволения себе творить по-настоящему то, что хочется и просится. Именно этим ценен для меня опыт Ани Смоляровой – журналистки, исследовательницы, блогера, свободной художницы.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Уже больше года прошло с тех пор, как Аня организовала свой первый Вернисаж без выставки «Квадраты». Для него Аня арендовала пространство фотостудии. Вернисаж был закрытым, по приглашениям, только для своих. И длился один день. Аня показывала свои работы от самых первых рисунков котиков и листочков в детских альбомах до очень личных, глубоких и экспрессивных.

С вернисажа я ушла с потрясающим ощущением: «Ого, а так можно!». Эта фраза как-то постепенно стала практически манифестом Ани. Аня не училась и не учится рисовать на курсах и в академиях. Она рисует для себя и про себя. И это безусловно волнует и трогает меня.

О том, как Аня начала рисовать во взрослом возрасте, было ли сложно и страшно, о вернисаже и о том, что поддерживает и помогает на пути вольного творчества, мы поговорили почти сразу после первого вернисажа. Мы беседовали на кухне в старой квартире на Васильевском острове за крошечными чашечками кофе часа три. Я записала нашу беседы на диктофон. Расшифровка ее получалась на 23 страницах. И вот почти год я не могла смириться с тем, что ее надо резать и сокращать. Настолько живая, цельная и наполненная инсайтами она получилась. Волевыми усилиями мы все же смогли привести интервью к подобающему объему и – надеюсь – сохранить самые ценные мысли. А полный текст Аня обещала разослать особенно интересующимся читателям и подписчикам её блога.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– Аня, расскажи, как ты начала рисовать? В детстве ты рисовала?

– Да, я рисовала в детстве, наверное, как и все, но я никогда не считала, что это оказало на меня какое-то влияние, в отличие, например, от писательства. Правда моя любовь к цвету явно из детства. Помню, у меня была раскраска с динозаврами здоровенного формата, и я их красила во все возможные цвета. Как-то подошел папа и начал мне объяснять, что такое животное не выжило бы в живой природе, что динозавры не могут быть такими цветными. А я смотрела на него и молча думала: «Папа, ты ничего не понимаешь в нарисованных динозаврах». И я помню свое ощущение полной уверенности – то, как я раскрашиваю, – правильно. Взрослая я намного больше сомневаюсь в том, что я делаю. Но рисование помогает вернуть эти детские ощущения.

–  То есть после детских лет ты долго не рисовала? Как ты снова пришла к этому?

– Мне кажется, у меня созрел запрос на самовыражение. Несколько лет назад я открыла для себя студию мозаики, но не втянулась. А осенью 2016 года я купила первые материалы для рисования. Почему-то выбрала мелки – может быть, где-то увидела идею. Я зашла в обычный магазин канцтоваров, альбом и мелки там продавались со скидкой. Я потратила рублей сто всего.

– Отличная цена начала! Мне хочется отметить этот момент. Ведь часто многие завышают планку, закупают дорогие материалы, а потом долго их не распаковывают, не считают себя готовыми, достойными, боятся что-то испортить…

– Да, в моем случае изначально был важен именно сам процесс. Помню, сижу я с этими первыми материалами в скверике на углу Чкаловского и Левашовского, сначала перерисовываю лист, упавший с осеннего дерева, а потом пытаюсь зарисовать скверик. У меня есть час до терапии, и я сижу рисую что-то такое с натуры, мелками, совершенно в безумном удовольствии, я помню это самозабвенное погружение.

– И что было потом?

– А потом я все больше увлекалась – накупила раскрасок, просила разные материалы в подарок. Постепенно перешла на акварель и акрил. Свои рисунки оказались для меня отличным решением для иллюстраций постов в блоге. Я писала про эмоции и рисовала эмоции.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– О да, и во всем этом очень много личного, очень много тебя! Я очень люблю читать твой блог. И очень мне нравится «говорящее» название твоего аккаунта в Инстаграм, расскажи немного о нем.

– Я рада, что ты разделяешь мою любовь к нему! Мой аккаунт Freedomtoart – это и свобода творить, и свободу искусству. Мне кажется, я придумала его еще в процессе, пока размышляла про создание аккаунта. Я хотела делиться в нём тем, что не помещалось в блог. И у меня не было других вариантов названия, только этот. Подруга как-то написала, что она всегда читает название как «свобода тортикам», от слова tart. Именно эту свободу я пытаюсь выразить в своих работах и за нее люблю современное искусство. Никогда нет предзаданного прочтения. Конечно, у меня как у художника есть свой замысел, но зритель увидел что-то свое, и его видение я тоже принимаю как один из возможных вариантов. Для меня Инстаграм – это возможность узнать, как видят мои работы другие, и я очень быстро нашла в нём поддержку для постоянного творчества.

– Кстати, о поддержке. Сейчас тема поддержки, поддерживающего окружения витает в воздухе. Я часто слышу, что творческие люди не находят понимания у близких и им трудно без возможности с кем-то поделиться и получить в ответ разделённость. Было ли тебе страшно выходить в публичность? Был ли у тебя свой круг поддержки?

– Когда меня спрашивают, мол, как я решилась рисовать без специальной учебы, проводить вернисажи, во многом опыт поддерживающей среды и есть ответ на этот вопрос. Я начала регулярно рисовать в то время, когда я занималась в терапевтической группе «На эмоциях» у Полины Мишулович и мы говорили про безоговорочное принятие, про сфокусированность на человеке, про его самоценность, про принятие себя такой, какая ты есть, во всех смыслах. Это была среда, в которой ты ничего не боишься, потому что ты абсолютно уверен в том, что тебя примут, не будут оценивать, не будут давать советов. Благодаря группе я прожила очень важный опыт бережного внимания к себе как к личности. Кроме того, группа не случайно называлась «На эмоциях»: то, что я училась в ней работать с эмоциями, говорить о них, проживать их не разрушая себя, открыло мне огромный источник творчества.

На меня сильно повлияли и ваши арт-девичники, на которых складывается пространство вне оценок. Постепенно страх всё испортить исчезает, потому что уходит сравнение себя с другим. Внезапно понимаешь: можно же было спросить, как лучше сделать. Оценка трансформируется в желание: «я тоже так хочу уметь». Уходит самоуничижение, а именно оно затрудняет движение. И постепенно происходит раздвигание внутренних барьеров, которые создавали препятствия на пути.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– Расскажи, как пришла идея про вернисаж без выставки. Я такого раньше никогда не видела, и мне кажется, это оригинальная и очень смелая идея.

– Мне кажется, нужно знать, что так можно. Я знала, что в Берлине или Тель-Авиве можно быть современным художником, который выставляется в какой-то маленькой галерее или в неформальном пространстве. Моя научная руководительница, например, переехав в Берлин, пошла учиться на фортепиано – это было ее давней мечтой. И первый концерт они сыграли уже через пару месяцев после начала занятий. В каком-то смысле моя идея если не скопирована напрямую, то как минимум вдохновлена этим.

– То есть можно показывать свое творчестве, даже если пока нет каких-то больших достижений, знаков отличия, дипломов?

– Да, не нужно «состояться», чтобы тебя кто-то оценил и отобрал на выставку твои работы, можно просто взять и показать.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– И у тебя уже есть зрители, которым интересно, которые следят за твоим творческим путем?

– Да, пусть их немного, и я знакома с ними в обычной жизни. Их поддержка безумно ценна и важна. Мне было для кого делать вернисаж. Мне было несложно придумать его – было гораздо страшнее писать приглашенным гостям, что принести к общему столу. Вечером перед вернисажем я переживала, что не продублировала приглашение заблаговременно, и что не все дойдут. Потом я резко успокоилась и решила, что делаю это в первую очередь для себя. Если придет три человека – значит, три человека. Нет никакой разницы. Я организовала вернисаж, потому что хотела это сделать. Ощущение из детства: то, что я делаю, – хорошо, ценно само по себе, я могу делать ради того, чтобы делать.

– Были ли работы, которые вызвали особенно сильный отклик у посетителей вернисажа?

– В одном уголке на стульях лежали три работы с текстом. Их надо читать, не смотреть, и они были наиболее личными. Про родителей, про отношение к себе, про эмоции – я бы сравнила их с утренними страницами из техники Джулии Кэмерон. Мне было очень приятно, что гости ко мне подходили и говорили, что их задели до глубины души эти тексты, что они тоже с подобными переживаниями сталкиваются и теперь они не одни с этими переживаниями. Это для меня особенно ценно. Вернисаж дал возможность зрителем высказать то, что не напишешь в комментариях: на вернисаже можно было сразу что-то сказать в ответ на переживания.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Удивительным образом та поддержка, которую я получила от вернисажа, от того, как мы обсуждали мои работы в процессе, от отзывов, открыла для меня новые возможности. После вернисажа я намного больше начала рисовать. И не просто каждый день. Я начала рисовать на большом формате и какими-то новыми для себя вещами, гораздо меньше думая про то, что у меня получится на выходе и больше пробуя. Оказалось, можно быть еще более смелой: рисовать из большей неуверенности в результате, воплощать то, что я только что придумала. Почему бы и нет, почему бы не попробовать?

– Появилось больше свободы и уверенности?

– Да, довериться потоку, довериться моменту. Ожидания результата, мне кажется, есть почти всегда, неизбежно, но их можно приглушить. Сфокусировать их не на общей задаче, а на конкретных действиях: я понимаю, что я проведу большой или маленькой кистью, и получу тот или иной результат. Но то, что в итоге вырисовывается и появляется на холсте, – вот этот результат я заранее не загадываю и не планирую. Чувствую такое потрясающее бесстрашие, когда у меня есть уверенность в том, что я не ошибаюсь в своих действиях. Я не пытаюсь подстроиться под заданный образец, а чувствую доверие к себе и позволяю себе следовать потоку. Рисуя, я испытываю давно забытое ощущение: что бы ни получилось, оно будет хорошим. Не правильным, не пригодным для использования, а просто хорошим.

Если подумать, большинство наших действий может обходиться без оценки. Оценка – это бинарная разница, либо ноль, либо один. Если мои работы прямо сейчас нельзя повесить в Эрмитаж, то зачем вообще шевелиться и что-то делать? Ты либо хорош, либо плох. И в этом я вижу разницу между внутренним критиком и внутренним оценщиком. Внутренний критик может быть союзником, когда мы хотим что-то улучшить, сделать по-другому. Совершенно нормально чего-то не уметь, делать не идеально. Никто не делает идеально. Важно делать, корректировать, воспринимать обратную связь. Так выглядит сотрудничество с внутренним критиком. А внутренний оценщик требует от меня сделать либо идеально, либо никак.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– Здесь еще мне кажется важным момент отделения себя как личности от того, что я делаю и каких результатов добиваюсь…

– Да, то, как оценили мое действие, не исчерпывает мою ценность. Я иногда думаю о том, что дети не устают, потому что они не тратят силы на сомнения.

– Аня, это гениально. Помнишь, я сказала тебе после вернисажа, что у меня такое кайфовое ощущение, давным-давно забытое что-то из детства? Я поняла сейчас, что это именно ощущение, когда ты делаешь, потому что хочешь делать, не думая, как это воспримут. Твоя выставка вернула меня в ощущение, что так можно. Это круто.

– Знаешь, я счастлива слышать это от тебя и от тех, кто говорил мне что-то про вернисаж. Freedomtoart как раз об этом: не нужно правильно рисовать, получать образование и признание, не нужно никакой внешней оценки для того, чтобы просто рисовать для себя.

И я очень рада, если мои усилия в Инстаграме, и то, что я позволила себе сделать вернисаж, еще кого-то подталкивает к этой мысли и этому ощущению.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– Расскажи, как ты начала себя чувствовать достаточно свободно, чтобы не копировать кого-то, а рождать что-то свое? Видишь ли ты в своих творениях, своих рисунках проявления тебя? Появляются ли у тебя какие-то свои фишки, особенности?

– Есть работы, в которых я выплескиваю энергию, и сейчас я вижу, что их объединяет спектр – либо фиолетово-красный, либо фиолетовый и зеленый, либо сочетание оранжевого, красного и желтого.

– Выплескивать эмоции на бумагу – это так арт-терапевтично.

– Наверное. Для тех случаев, когда я так переживаю, что сейчас взорвусь, и вместо этого я как сяду, как выплесну – полетят клочки по закоулочкам! Например, когда я одну оранжево-красную работу показала на вернисаже, мне сразу сказали – так это ж кардиограмма, раз на рисунке рваная, рваная линия поперёк фона. Действительно, она похожа на линию кардиограммы. Я рисовала её около полуночи, никак не могла заснуть.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Я часто рисую море. В первых опытах у меня есть рисунок, где я попыталась нарисовать закатную линию и нарисовала ее неправильно. Если я рисую реальное море, то ко мне можно придраться и сказать: нет, так не бывает, чтобы солнце было слева, а дорожка от него справа. Поэтому я придумала изначально инвертировать цвета, чтобы получался инопланетный пейзаж. С ним никто не скажет, что так не бывает, – как с динозавром, мы всё равно не знаем, как там бывает.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– Да, этот инопланетный колорит, как мне видится, классная находка, которая помогает тебе разрешить делать неправильные пейзажи. И, кстати, ты много говорила на вернисаже про «разрешить себе». И я помню, что многим эта тема отозвалась. А были те, кому было непонятно, как это. Поделись, как ты переживаешь это ощущение – «разрешить себе»?

– Мне подарили на новый год картину по номерам. Представь себе: на дворе январь, каникулы, и я не могу разрешить себе заняться картиной едва ли не месяц. Как я это переживаю? Наверняка всем знакомы мысли о том, что мне на это надо время, мне нужно еще подготовиться, я не знаю, как я буду это делать, лучше отложу на потом. Я хочу получить конкретный – точнее, идеальный – результат, и скорее всего, я его не добьюсь, потому что как это – я и добьюсь идеального результата? Лучше я даже не буду трогать…

– Найду кучу оправданий?

– Да! Для меня это воплощается на физическом уровне: я сижу и не могу пошевелиться. Мне очень хочется, но я не могу встать, подойти, вытащить холст из коробки, вообще как-то приблизиться к нему физически в пространстве. Ничего другого я тоже делать не могу, потому что одновременно испытываю сильное желание и сильный страх, они не дают переключиться. Можешь себе представить, насколько это сильный дискомфорт.

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

– Да, именно с этим ко мне часто приходят клиенты. Многие застревают в этом состоянии, так и не в силах с ним справиться… Помню еще, что на вернисаже ты сказала, что ты решилась «разрешить себе Ротко». Как это было?

– Я очень люблю живопись Марка Ротко, и мне захотелось нарисовать что-то в его духе. Тут же мне приходит в голову мысль: он же уже всё нарисовал, зачем же я буду повторять, если не смогу – да и не собираюсь – сделать лучше него? Хотя я не подумала прямо, «где я и где Ротко», это вопрос про ценность. Если у вас есть целый Эрмитаж шедевров, параллельно с вами работают тысячи художников – зачем вам что-то делать? Это ощущение ценности своего творения лежит в основе любого творения.

– Как же всё-таки ты себе разрешила?

– В моей голове ответ звучит примерно так: «Да, у него это уже есть было. Почему мне это должно мешать? Я могу взять и сделать для себя, если мне этого сейчас хочется». Мое желание сейчас взять и нарисовать так, как я это видела у Ротко, весит в этом смысле столько же, сколько все его международное признание, и моя к нему любовь.

– Это шикарная мысль! И, наверное, еще более мощно переживать это.

– Да, мое желание сделать так, как мне нравится, как я увидела у художника, весит столько же, сколько мощь оригинальной работы. Так почему я должна этого не делать? Знаешь, в интернете гуляет жуткая цитата из Льва Толстого – «не можешь писать хорошо, не пиши»… Не-не-не, мы в XXI веке живем, извините, Лев Николаевич. Можно писать. Счастье, что можно.

– Аня, спасибо, считаю эту важную идею фееричными завершением нашей беседы. Успехов тебе в творчестве и ждем новых вернисажей!

 Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

Твори свободно | блог арт-терапевта Марии Оборотовой

За фото с вернисажа спасибо: Наталья Шарапова, София Амант.